Безвластие: Молдавией больше никто не управляет

Без руля, без ветрил — это о сегодняшней Молдавии. Кто руководит страной? Кто принимает решения, от которых зависит повседневная жизнь рядовых граждан? Кто, наконец, кому подчиняется? Никто не настаивает на необходимости существования жесткой вертикали власти по примеру некоторых стран СНГ, но ведь хоть кто-то хоть за что-то должен отвечать?! Период фактического безвластия, в который вступила Молдавия, как раз и опасен тем, что спросить не с кого.

Изображая жертву

Представители различных партий альянса тычут друг в друга пальцами, выкрикивают «сам дурак!», обвиняют в провалах партнеров, а себя изображают невинными жертвами заговора, в котором, по их словам, состоят злокозненные союзнички. В итоге этих наперсточных манипуляций обнаружить в этой власти хоть одного человека, занимающегося своими прямыми функциональными обязанностями, с которого можно призвать к ответу за результаты этой профессиональной деятельности.

Но и это еще полбеды. Значительно хуже другое последствие нынешней абсурдной ситуации, сложившейся в верхах. Безвластие дискредитирует государство в глазах населения, а в конечном счете ведет к разрушению самого государства. И даже если сегодняшние правители не ставят перед собой именно эту цель, своими повседневными действиями они способствуют реализации этого крайне негативного для Молдавии сценария.

Кто кого?

И хуже всего в этой истории то, что на этот раз речь идет не о проявлениях профессионального цинизма, допустимого перед выборами. В конце концов, это мы наблюдаем далеко не в первый и, боюсь, не в последний раз. Вспоминается ноябрьская избирательная кампания, когда лидер Демократической партии Мариан Лупу, устно и письменно, на встречах с избирателями и со страниц газет, крыл своих партнеров по АЕИ-1 последними словами, да и те в отношении Лупу не особенно стеснялись в выражениях. Лупу, в частности, открыто обвинял Филата в преследовании корыстных интересов, и даже в скрытом унионизме; Гимпу в фельетонах предвыборных агиток ДПМ представал человеком недалеким, тупым, не «фильтрующим базар». Оказалось, все это было несерьезно. Вчерашние партнеры, забыв «старые обиды» и легко списав их на «предвыборную войну», вновь слились в коалиционном экстазе. И все тогда как-то легко это поняли: ну, понятно, выборы есть выборы, чего не ляпнешь в запале и за ради голосов даже в адрес родного тебе человека. Однако на этот раз все гораздо серьезнее. Нынешняя бойня идет по-настоящему, всерьез. Ибо на кону реализация лозунга одного из сыновей экс-президента Петра Лучинского: «Молдавия — моя фазенда с четырьмя миллионами рабов». Пока по всему выходит, что Молдавия уверенно переходит в собственность неприметного до недавних пор бизнесмена, а ныне — вице-спикера парламента и в этом негромком амплуа фактического хозяина страны — Влада Плахотнюка.

Как всякий опытный рейдер Плахотнюк прекрасно понимает, что нельзя оставлять «хвостов». Атакуя молдавское государство с очевидной целью сделать его одним из подразделений своего многопрофильного интернационального бизнеса, Плахотнюк уверенно устраняет все препятствия на своем пути. На данный момент таковым препятствием Плахотнюку представляется премьер-министр Владимир Филат. Тот тоже пришел из дикого бизнеса 90-х, замешанного на незаконной приватизации и контрабанде, у него на Молдавию свои «предпринимательские» виды. К тому же Филат, включивший мощный пропагандистский ресурс, как-то очень быстро набрал популярность и стал претендовать на всю полноту власти, не совместимую с планами Плахотнюка. Столкновение между ними стало неизбежным.

На ринге

Все помнят предыдущие раунды этого затяжного поединка, по ходу которого в очередной раз выяснилось, что Филат не боец. Или что, вернее, не очень сильный боец, который после первого же попадания прямым в челюсть дает видимую сопернику слабину, отдает себе отчет, что соперник это знает, но продолжает «работать на публику», размахивая руками и горланя ругательства. Иногда даже бывает, что случайно зацепит противника, но дрожь в коленях не унимается и постепенно передается всем, в том числе зрительному залу. Между тем соперник спокоен, расчетлив и бьет наверняка. Удар — и затекли гематомами глаза, и есть подозрение на сотрясение мозга: ушел из правительства и партии Тэнасе. Еще удар и трещит челюсть: ЛДПМ со скандалом покинул Годя. Обманное движение — и противник в углу, прижат к канатам: Филат отзывает кандидата на пост примара Кишинева Бодю. Добить деморализованного, лишь формально огрызающегося визави остается только делом отнюдь не политической, а боксерской техники.

За что деремся?

Когда соперники мотивированы исключительно необходимостью друг друга уничтожить, не имеет ровным счетом никакого значения причина, по которой завязалась драка. На этот раз очередным поводом для очередного конфликта между партнерами по коалиции стала некая «правовая реформа». Никто, ни один человек в стране, да и на всем белом свете не знает, о чем, собственно, идет речь. Пакета документов по реформированию правовой системы, которым Филат во второй раз за два месяца планировал шантажировать партнеров по коалиции (или поддержите, или правительство уйдет в отставку), по всей видимости, не существует в природе. Во всяком случае изумленной публике его ни Филат, ни его новый ставленник в Минюсте Олег Ефрим не продемонстрировал. В многочисленных дебатах, где не на жизнь, а на смерть сходятся представители ДП и ЛДПМ, о сути этой пресловутой реформы не говорится ни одного слова. Когда еда — закуска под денатурат, до гурманства ли? Когда «реформа» — повод для драки, какая разница, о чем идет речь?

Зато всех в связи с этой ситуацией занимает, что в ответ на филатовский шантаж, группировка «Лупу — Гимпу — Плахотнюк» моментально ответила формированием — указом и. о. президента — некоей «Национальной комиссии по реформированию правоохранительной системы», в которую сам Филат ни как премьер, ни как лидер ведущей партии альянса не вошел, зато вошел Плахотнюк, заняв в этой комиссии ключевую должность заместителя председателя. С учетом того, что председателем самоназвался подведомственный Плахотнюку и никакой по жизни Лупу, фактическим руководителем этой странной структуры стал, разумеется, Плахотнюк. Филат, само собой, заявил, что удивлен. Он, несмотря на высокий статус, в последнее время все больше походит на знаменитую девочку из очень старого анекдота, которой кирпич упал на голову, и она с тех пор все время в каске и все время улыбается. Так и Филат: он теперь все время, практически без перерывов, пребывает в сильном удивлении.

Знай свое место!

Ответный выпад Филата, хоть и задумывался он, по всей видимости, как сильный удар, не нанес никакого ущерба противнику и лишь слегка позабавил публику. На первом же заседании комиссии «Лупу — Плахотнюка» министр юстиции Олег Ефрим потребовал (!!!) вывести из ее состава Плахотнюка. Ну, так чтобы было понятнее. Это все равно что какая-нибудь никчемная декорация на сцене театра, какой-нибудь дубовый (ей богу, не нарочно!) стул потребовал бы увольнения главного режиссера. Еще смешнее выглядит аргументация Ефрима: мол, в комиссии слишком много парламентариев, и почему бы не пожертвовать одним из них, то есть Плахотнюком. (В этот момент смех становится просто гомерическим.) Но это шитое белыми нитками пояснение филатовского министра выдает еще и крайнюю степень деморализации, которая царит в лагере ЛДПМ или, если угодно продолжать пользоваться боксерской терминологией, в зеленом углу ринга. То есть вместо того, чтобы открыто заявить, что такие сомнительные личности с такой неоднозначной репутацией, как Плахотнюк, по определению не могут участвовать в работе комиссии по реформированию правоохранительной системы, Ефрим (то есть Филат) избрал самую недостоверную и самую некредибельную из всех возможных аргументацию. Это значит, что Филат хоть и хочет ударить Плахотнюка побольнее, все равно страшно его боится. А вернее, боится потерять в его лице «бетон альянса» и остаться без премьерского кресла, то есть ни с чем.

Впрочем, у Филата и у самого в этом смысле рыльце сильно в пушку. Назначение на пост главы Счетной палаты Урекяна, пусть это и была плата за купленный на корню Альянс «Молдавия ноастрэ», выбивает у Филата козыри. Как только он или его люди заявят о том, что Плахотнюк, методично прибирающий к рукам правоохранительную систему, не достоин того, чтобы находиться в комиссии по реформированию упомянутой системы, он тут же получит Урекяна в печень. Уж кто-кто не достоин того, чтобы опекать общественные финансы и контролировать законность их расходов, так это, конечно, Урекян. И вообще чем больше противники знают друг о друге, тем осмотрительнее они становятся. А когда на обоих негде печатей ставить и оба это прекрасно знают, как в случае с Плахотнюком и Филатом, ждать честного искреннего боя с открытым забралом и вовсе сложно. В подлом же поединке, где бьют исподтишка ниже пояса и по почкам, Плахотнюк оказывается ловчее Филата. К тому же, как старый рейдер, куда безбашеннее. История с Ефримом и его требованием исключить Плахотнюка из состава комиссии завершилась очень просто. Лупу заявил что-то вроде: «Знай свое место, щенок», — и Филат в очередной раз утерся.

Ты не мой герой

Филат сдает позицию за позицией, и на него все меньше обращают внимания. А ведь он-то пытается продемонстрировать и партнерам по коалиции, и своим прокоалиционно настроенным избирателям, а возможно, и западным партнерам, что он конструктивен, что он спаситель альянса, что, безропотно снося плевки, пощечины и зуботычины от союзников, он сохраняет АЕИ от неминуемого развала. Но добивается диаметральных результатов: его неискренний альтруизм никто не оценивает. Акции Филата на избирательном рынке падают с момента отказа от собственного кандидата в Кишиневе, а особенно после того, как этот кандидат никуда не исчез с предвыборных панно, что поставило под сомнение чистоту помыслов, с которыми Филат совершил этот самоубийственный, с точки зрения перспектив партии, шаг. Вскормленные в свое время самим Филатом так называемые «лидеры общественного мнения», вроде публициста Константина Тэнасе, открыто унижают Филата за то, что тот изредка огрызается на 1-го вице-спикера, не очень тщательно скрывая любовь к деньгам Плахотнюка заботами о судьбах альянса. Его отступления, вроде отзыва инициативы о создании комиссии по реформированию правовой системы при правительстве, долженствующие продемонстрировать союзникам по АЕИ конструктивизм и компромиссность, никого не впечатляют, воспринимаются очередным доказательством слабости премьера и не приводят к снижению градуса конфликта в альянсе. Да и западные партнеры, которым еще полгода назад казалось, что на Филата можно делать ставку как на «своего сукина сына», стали проявлять некоторую нервозность и уже не торопятся обласкивать посулами и деньгами правительство и его главу. «Медовый месяц с Молдовой закончился, — твердо заявил глава делегации ЕС в РМ Дирк Шубель, — теперь мы семья, и нам пора проводить реформы, видеть прогресс Молдавии». Тем самым Еврокомиссия четко дала понять, что до сих пор никаких реформ в Молдавии не проводилось, а платить за обещания ЕС больше не собирается. Да и вообще семья — это когда кто-то кого-то обязательно… И в данном случае надо понимать, что вот это «троеточие» Брюссель намерен применять именно к Филату. Это для него страшный удар, поскольку лишает не только безоговорочной, характерной лишь для «медового месяца» поддержки Запада, но и обескураживает сторонников премьера внутри страны: раз реформы не идут, раз прогресса не наблюдается, и это признает Брюссель, чем же тогда гордиться? Особенно на фоне других печальных новостей: сроки отмены визового режима, вопреки бодрым докладам Юрия Лянкэ, не установлены — и это особо подчеркнуто руководством Евросоюза, а тема вступления стран «Восточного партнерства», в том числе Молдавии, в ЕС практически закрыта. И есть на то прямая цитата из еврокомиссара Штефана Фюлле.

Свальный грех

И все для Филата, как для популярного политика Молдавии и потенциального фаворита ЕС и США с намеками на Россию, может стать еще хуже. Протесты духовенства и верующих против легализации ислама Министерством юстиции, которое курирует ЛДПМ, привели к тому, что целый ряд влиятельных священнослужителей открыто призвали паству не упоминать в молитвах руководителей страны, и в частности Филата. Тема эта настолько горяча, что попытки руководства митрополии обуздать взбунтовавшихся пастырей ни к чему не привели. Несколько запоздало синод молдавской патриархии осудил действия правительства Филата. Запоздало, поскольку сам Филат не скрывает, что посещает церкви митрополии Бессарабии, а объявление выходным и праздничным днем 25 декабря, то есть католическое (и румынское!) Рождество, когда у молдавских православных христиан еще Великий пост, заслуживали более оперативной реакции митрополита. Или уж как минимум не заслуживали горячей благодарности митрополита лично Филату за доставку в предвыборных целях тогда еще кандидатом на пост кишиневского примара Виктором Бодю благодатного огня. Легализация правительством Филата ислама, по всей видимости, стала последней каплей. Дошло до того, что православная церковь молдавского юга назвала кабинет Филата «правительством национального позора». И это фактически поддержал до недавних пор очень сильно любивший Филата Михаил Формузал.

Опасность исполнительной власти стала очевидной: церковь имеет серьезное влияние на общество, и вполне могло бы дойти до саботажа. Вконец запутавшийся Филат пообещал духовенству пересмотреть скандальное решение Минюста о легализации магометанства. То есть в очередной раз спасовал, продемонстрировав, что не в состоянии контролировать ситуацию. Однако отмени он регистрацию ислама — европейцы с американцами по головке не погладят, а значит, денег не дадут, а значит, правительство не в состоянии будет обеспечивать финансирование социальных расходов, а значит, это приведет к всплеску недовольства и общественных протестов. А общественности отменить регистрацию ислама уже обещано, и воинствующие батюшки с Филата так просто не слезут. И припомнят ему еще и стремление легализовать гомосексуализм, а европейцы вновь будут настаивать на законности однополого секса. И если Филат откажет духовенству и подавляющему большинству все еще весьма консервативного, с традиционными ценностями и устойчивой моралью обществу, его ждут серьезные проблемы внутри страны. А если он откажет европейцам, они лишат его опеки и финансирования с неизбежным возникновением серьезных проблем внутри страны. Куда ни кинь — всюду клин.

Цугцванг

Цугцванг — положение в шахматах, когда больше нет хороших ходов. И на фоне этой полнейшей безнадеги совершаемые противниками ходы выглядят просто ужасными. Ну вот, полюбуйтесь: в пику Филату, который принимал вице-президента США Джо Байдена, а недавно посещал Ангелу Меркель, Мариан Лупу отправляется в Польшу на форум лишь для того, чтобы поучаствовать в одном мероприятии с президентом США Бараком Обамой. Закавыка в том, что на этом форуме присутствует премьер-министра непризнанного (в том числе и Молдовой) края Косово. И присутствие главы государства (пусть неполноценного) на подобном событии лишь ради возможности поручкаться, а если повезет — сфоткаться с Обамой , как бы автоматически легализует со стороны Молдавии конфликтный регион. А это вам не легализация гомосексуалистов, и даже ислама, это уже геополитика. И доходит до того, что румынский президент Траян Бэсеску даже преподает Лупу уроки молдавского патриотизма: мол, это нехорошо, неправильно. При этом сам Бэсеску и целый ряд других глав государств региона отказываются ехать на саммит даже в свете заманчивой перспективы пообщаться с американским президентом. И таких ситуаций, неизбежных при тотальной войне во власти, возникает по десятку на день.

***
Противники наносят друг другу удары, трещит и рушится государство. Председатель Конституционного суда вышел из состава созванной указом президента комиссии по реформам в правоохранительной системе. Понятно, что сделал Думитру Пулбере это по настоятельной просьбе Филата: это был ответный удар премьера Плахотнюку. Но сама ситуация! Возможно ли себе такое вообразить, чтобы глава Конституционного суда отказался подчиняться указу главы государства! Ну, скажем, при президенте Воронине. Это абсолютно вопиющий пример абсолютно вопиющего безвластия, установившегося в стране. За недолгую историю Молдавии это было всего один раз: покойный ныне министр обороны Павел Крянгэ отказался подчиниться приказу верховного главкома Мирчи Снегура, и Молдавия тогда балансировала на грани гражданского конфликта. Они дерутся за контроль над Молдовой, разрушая, раздирая государство. Они опасны. Не только и не столько друг для друга, сколько для страны и ее будущего.

Читайте также: Новости Новороссии.

Опубликовано 10 Дек 2019 в 12:39. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS. Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.